1:08 дп - Четверг Июнь 20

Розовый свет для двоих..Великая Эдит Пиаф

Розовый свет для двоих..Великая Эдит ПиафВеликая Эдит Пиаф любила страстно и бескорыстно. Но лишь двое мужчин ответили ей чувством столь, же сильным. Одного из них звали Марсель Сердан. 

В парижском «Клубе пятерых» всегда можно было встретить известных людей, самых звездных представителей богемы. Но даже среди них тогда, в конце 46-го, Эдит считали великой. Там, в этих знаменитых стенах, ей и представили однажды чемпиона по боксу Марселя Сердана. Они пожали друг другу руки. Причем Эдит, кажется, почти не обратила внимания на этот эпизод. Однако то, что у нового знакомого «глаза не такие, как у других», заметила сразу…

Два незабываемых ужина за вечер

Эдит давала концерты в американском зале «Версаль». И вдруг в ее нью-йоркской квартире раздался звонок — это Сердан, проводивший здесь матчи, робко напомнил об их недавнем знакомстве. И как до смешного облегченно рассмеялся, услышав, что о нем вспомнили! Запинаясь от смущения, он едва выговорил приглашение на ужин. Эдит, как ни странно, согласилась и тут же начала собираться. Только-только успела «сделать лицо» и надеть лучшее платье, как поклонник уже явился и еще в дверях объявил, что умирает с голоду. Но, ни машины, ни такси на улице не оказалось.

— Здесь совсем близко, — пояснил Марсель, — дойдем.

Пешком маленькой женщине поспевать за великаном было совсем не просто. «Ну почему он выбрал бокс?»— задыхаясь на бегу, размышляла Эдит, — ему вполне подошла бы спортивная ходьба!» После марафона даму ожидало новое «покорение вершин» — надо было забраться на высоченный табурет в какой-то гнусной, немыслимой забегаловке. Еще удивительнее оказалось угощение: до противной сухости вываренное мясо с дикой горчицей и мятное мороженое. К этому прилагалось… пиво — все на 40 центов. «Дурно воспитан, к тому же ужасно скуп!» — сделала вывод Пиаф. Но на ее насмешливо-разочарованный взгляд он ответил обезоруживающе доброй улыбкой: «Пошли!»

— Ах, так это, значит, была всего лишь закуска, — издевательским тоном произнесла Эдит. — Надеюсь, она вас не слишком разорила? — и повернулась, чтобы уйти.

Только тогда Марсель все понял. Покраснев до ушей, крепко сжал ее руку:

— Простите, я не сообразил. Просто я всегда так ужинаю. Но вы правы: с Эдит Пиаф все должно быть иначе!

Тут же поймал такси и назвал адрес самого шикарного ресторана Нью-Йорка — «Павильона». Так в свой первый вечер они поужинали дважды. И с тех пор больше не расставались.

Первый шаг к близости Эдит пришлось сделать самой: этот большой, сильный, во всем настоящий мужчина так и не перестал робеть перед крохотной, переполненной любовью, нежностью и песнями женщиной. Эдит была счастлива: наконец-то рядом с ней мужчина, который не нуждается в ее поддержке и не боится никаких безумных сцен и выходок — он просто ее любит! Все остальное неважно. Да, у него есть жена Маринетта и двое сыновей, и это свято, но любит он ее, и только ее! Даже Маринетта вынуждена была с этим смириться.

Великан и малый несмышленыш 

Марсель не уставал осыпать Эдит дорогими подарками. Как она была счастлива, когда он подарил ей норковое манто! Правда, и Пиаф в долгу не осталась: тут же помчалась к Картье за самыми лучшими запонками с бриллиантами. Жаль только, что ей пришло в голову еще и купить ему одежду: даже выросший в Марокко и отнюдь не аристократически воспитанный Сердан сомневался, можно ли хоть куда-нибудь пойти в этом невероятном в серую полоску костюме и фиолетовой рубашке с галстуком в оранжевых разводах. Но ради своей Эдит, уверенной, что все это очень красиво, мужественно появился во Дворце спорта в таком чудовищно нелепом наряде.

Убежденный, что она воспитаннее, образованнее, он во всем полагался на Пиаф: старательно читал книги, которые она ему давала, пытался понять ее вкусы, мысли. В присутствии Эдит этот силач и великан всегда чувствовал себя малым несмышленышем. А на ее концертах и вовсе сжимался в комочек, вновь и вновь потрясаясь мощью ее голоса, красотой и величием чувств.

Безумный полет в сахарном аромате

Как-то в Нью-Йорке поздним вечером друзья предложили им отправиться на вечернее гулянье на Конни-Айленд. Ах, если бы эта ночь никогда не кончалась! Эдит до того никогда не видела американских горок, после катания на которых сходишь с дрожащими ногами и готовым выпрыгнуть из груди сердцем. Как здорово, оказалось, кричать от восторга, прижимаясь к Марселю в тесном вагончике! Когда безумный полет закончился и они ступили на землю, сразу же попали в кольцо возбужденных поклонников. «Жизнь в розовом! Жизнь в розовом!» — дружно скандировала толпа. Это было название новой песни Пиаф, она сама воспринимала ее как гимн их с Марселем страстной любви. И тогда Эдит запела, как пела когда-то на улицах: прямо среди этих заполненных людьми и горящих огнями аттракционов, на воздухе, пропитанном ароматным сахаром, потом и жареной картошкой…

Цветы женщине, которую любят

Американские журналисты так упорно преследовали звездную пару в поисках жареных фактов, что Сердан, наконец, согласился на пресс-конференцию. Скандал в ханжеской Америке с ее нарочито раздутым культом семьи был особенно нежелателен, и Марсель категорически не хотел, чтобы Эдит там присутствовала. Но вопреки его воле Пиаф незаметно спряталась за дверью запасного выхода и слышала все, что говорилось на пресс-конференции, все, что спрашивали едкие журналисты и отвечал он, ее Марсель.

Во всем открытый и прямой, Сердан и здесь не стал слишком мудрить:

— Вас интересует только одно: люблю ли я Эдит, — напролом наступал он на журналистов. — Да, люблю. Любовница она мне? Да, любовница, но только потому, что я женат. Если бы у меня не было жены и детей, она стала бы моей женой. И пусть поднимет руку тот, кто никогда не изменял жене!

А теперь можете задавать мне другие вопросы, какие пожелаете, — обратился Сердан к притихшему залу, — на эту тему я сказал все. А завтра увижу, джентльмены вы или нет.

В завтрашних, да и в последующих газетах ни слова не было об отношениях Пиаф и Сердана. А Эдит получила невероятных размеров корзину цветов с запиской: «От джентльменов женщине, которую любят больше всех на свете».

Приезжай скорее, скорее…

Пиаф обживала в Париже новую квартиру. Декоратор, обставлявший ее по желанию певицы, установил в гостиной большой аквариум — так было модно. Радостная Эдит принимала в новом доме гостей. Друзья жалели, что с ними нет Сердана — накануне он должен был улететь на новую ответственную встречу на ринге со знаменитым Ла Моттой.

— А хотите, я только хлопну разок в ладоши, и появится Марсель? — вдруг заявила хозяйка. — Смотрите туда, за аквариум!

Гости решили, что сейчас они увидят какую-нибудь фотографию Сердана, но… перед ними стоял живой Марсель! Все буквально оторопели. Бог мой, на кого же он был похож в зеленой подсветке аквариума за шевелящимися перед самым лицом водорослями и хаотично мельтешащими рыбками — настоящий утопленник!

Он улетел в Нью-Йорк лишь на следующий день. Победил в матче Ла Мотта. Сердан потерял титул чемпиона, и поражение переживал очень тяжело. Как ответственный человек, конечно, понимал, что всему виной шампанское и бессонные ночи.

«Эдит Пиаф принесла несчастье Сердану!» — злорадствовали некоторые газеты. Но не в характере Марселя было винить в своих неудачах других:

Виновата не Эдит, просто мне самому надо быть гораздо сильнее, — спокойно объяснял он всем вокруг.

…Возобновив ангажемент в «Версале» с октября 1949 года, Эдит улетела в Америку одна: Сердан совершал турне показательных и благотворительных матчей. По его окончании он собирался на пароходе приплыть к Пиаф. Вдруг за сутки до отплытия она позвонила ему из Нью-Йорка:

— Любовь моя, умоляю, приезжай скорее! Пароходом очень долго — лети самолетом!

— Хорошо, я буду завтра, — сказал Марсель. — Целую тебя и люблю!

Это были последние слова, которые Эдит услышала от любимого. Самолет Париж — Нью-Йорк разбился недалеко от Азорских островов. В списках погибших было и имя Марселя Сердана. Он утонул.

.. .Она не хотела без него жить. Ни минуты. Мечтала умереть, и певицу едва вернули на этот постылый ей свет. Сестра даже пыталась устраивать спиритические сеансы, вызывая дух погибшего… И тогда родился «Гимн Любви»:

Она нашла в себе силы не сломаться, ибо была женщиной, созданной для Жизни. И еще любила. Но до самого последнего часа в ней горела их Любовь. Их с Марселем.

Эдит Пиаф (Эдит Джованна Гасьон) (1915-1963)

• Знаменитая французская певица, поэт и композитор. Ее песни-исповеди стали классикой французской эстрады.

• Родилась Эдит Пиаф в бедной семье цирковых артистов. Воспитывала ее бабушка, простая кухарка.

• Детство было безрадостным. В 14 лет ей пришлось зарабатывать на жизнь — сначала за прилавком молочной лавки, за тем исполняя песни на улице.

• Как профессиональная певица Эдит начала выступать в кабаре «Жуан-ле-Пен». После дебюта в мюзик-холле «АБС стала знаменитой.

• Первой с Марселем Серданом, чемпионом мира по боксу, познакомилась любимая сестра и помощница певицы Симона. Это произошло на его родине в Касабланке. У них был прелестный, но мимолетный роман. Однако оба никогда не рассказывали об этом Пиаф.

• Лишь однажды Эдит решилась поприсутствовать на матче, в котором принимал участие Сердан. Бой произвел на нее ужасное впечатление. И когда закончился, она вся в слезах бросилась к любимому, у которого была рассечена скула и подбит глаз. Уже на следующий день рассказ об этом эпизоде появился во всех газетах.

• Однажды ревнивая Эдит решила выяснить, на какие «деловые свидания» стал каждый день уходить ее обожаемый Марсель. И как же ей стало стыдно за слежку, когда она увидела возлюбленного под руку с другом детства, тоже в прошлом известным боксером, который после одного из страшных матчей совсем потерял зрение. Оказалось, что Марсель постоянно навещал друга и лечил его на свои деньги.

источник http://jenskie-istorii.info/

Категория: Известные люди

Пока нет комментариев.

Оставьте ответ